Историко-биографические и исторические очерки

Хайдарбек Гиничутлинский

Историко-биографические и исторические очерки Хайдарбека Геничутлинского являются одним из ценных повествовательных источников по истории Дагестана и Чечни. Составлены они во второй половине XIX в. на основании устных и письменных источников местного происхождения, в числе которых были и записки активного участника борьбы с царизмом, шамилевского «генерала» Абакар-дибира из сел. Аргвани Гумбетовского района Дагестана.

НАКАНУНЕ

Во имя Аллаха милостивого, милосердного. Хвала — Аллаху, который возвысил ислам, его приверженцев и этим унизил неверие, сам его корень. Да будут благословения над Мухаммедом, который ясно изложил исламское вероучение, а также над его родичами и сподвижниками, которые перенесли мусульманскую религию в Дагестан.

А далее.

Всевышний Аллах захотел, чтобы над Дагестаном, обитатели которого были людьми заблудшими, несправедливыми, неверными - многобожниками, воссияло солнце ислама. Поэтому Он внушил халифу по имени Хункар, чтобы тот отправил к дагестанцам человека, который бы призвал их к принятию мусульманских догматов и шариата. Хункар этот отправил к ним тогда святого человека, познавшего величие Аллаха — знатного араба Абулмуслима Сирийского (Шами), вместе с которым отправилось множество великих ученых и славных праведников, а также огромная масса воинов.

Войска Абулмуслима прибыли, наконец, в Джарский [Чар] вилаят. Произошло это уже после того, как сподвижники Абулмуслима обратили в ислам жителей встреченных им прежде селений;

в каждом из таких селений Абулмуслим для обучения законам ислама ставил по одному или по два ученых, в зависимости от величины селения.

В то время повелителем (эмир) Дагестана был заблудший многобожник по имени Суракат. Услышав о прибытии Абулмуслима

в Джарский вилаят, этот нечестивец собрал свое войско, снарядил его и двинулся в направлении названного вилаята с намерением сражаться и тем самым, не пропустить мусульман дальше. Воинов с этим Суракатом было, кстати, множество. И вот это войско, состоявшее из неверных, подошло к тем местам и остановилось вблизи лагеря Абулмуслима.

Услышав о прибытии Сураката, Абулмуслим послал человека, который должен был разузнать: каков он, этот Суракат, сколько у него воинов — мало их или много? Человек тот возвратился через некоторое время назад, пораженный количеством воинов Сураката, и заявил: «Мы их не одолеем». Шейх Абулмуслим сказал тогда: «Если так, то необходимо применить хитрость, которая уничтожит их без боя». Организовав затем забой жирного крупно - рогатого скота, Абулмуслим приказал приготовить различные яства. Были сварены полные котлы мяса и много риса, но туда подмешали смертельный яд.

Неверный Суракат отправил тем временем человека, который должен был тайком изучить положение дел в войске шейха Абулмуслима. По возвращении назад этот человек доложил: «Воинов у шейха мало. Да и те, забив жирный скот и сварив в одних котлах мясо, а в других — рис, заняты едой и питьем. Это не бойцы, а пьяницы и чревоугодники». Суракат обрадовался и сказал: «Это в нашу пользу. А ну-ка, прежде чем они успеют доесть свои яства, произведите на них неожиданную атаку. Их пища должна после победы достаться нам». Воины Сураката бросились тут на мусульман.

Когда шейху Абулмуслиму сообщили, что неверные пошли в атаку, он вместе со всем своим войском сделал вид, что обратился в бегство, оставив, однако, упомянутые яства на месте. Сделал он это для того, чтобы враги, не знавшие, что они отравлены, съели бы их и умерли.

Воины же проклятого Сураката, приблизившиеся к котлам, заполненным мясом и вареным рисом, не найдя поблизости Абулмуслима с его войском, действительно занялись предательством.. Они при этом смеялись и радостно повторяли: «Мы в начале съедим их пищу, а уж затем перебьем и их самих до последнего человека».

Еду эту воины названного неверного повелителя съели так, как голодные волки съедают жирных баранов. Подмешанный яд начал вскоре, однако, оказывать свое воздействие на поевших, и они умерли — все, кроме Сураката и немногих его товарищей, которые не ели тех яств.

Враг Аллаха Суракат после этого происшествия бежал к себе на родину. Был он при этом разочарован и опечален, словно пастух, у которого погибли все овцы.

Шейх Абулмуслим вместе со своими победоносными войсками двинулся тем временем дальше. Жителей селений, которые попадались на его пути, он призывал при этом к принятию исламской религии. В каждый покорившийся вилаят, в каждую область он назначал по одному эмиру из числа своих товарищей-корейшитов, а в каждое селение — по одному мулле (кади), чтобы тот

обучал сельчан законам ислама. Наконец, этот удачливый шейх, благодаря всевышнему Аллаху, достиг Казикумуха (Гази-Гумук).

В каждый округ, как уже сказано, Абулмуслим ставил по одному эмиру из числа своих товарищей. Так, в Елису он поставил тогда Даниялсултана, и поэтому елисуйских эмиров именуют ныне даниялсултанами. В вилаят Казикумуха—Ханбуттая, и поэтому там многих именуют ханбуттаями. В вилаят Кайтаг (Хайдак)—эмира, которого звали Уцуми, и именно поэтому кайтагских эмиров именуют сейчас уцмиями (усулш). В Мехтулинский (Махди-уллу) юрт был назначен тогда эмир, которого звали Махдихан, из-за чего ныне этот вилаят и именуют Мехтулой, то есть Махдиевским. В Тарки — эмир родом из Шама, вследствие чего таркинских эмиров именуют ныне шамхан-ханами. Таким-то вот образом и оказались различные эмиры в разных вилаятах.

Шейх Абулмуслим передал названным эмирам в полную собственность замеченные им горные кутаны. Дело в том, что эмиры имели разрешение от халифа брать в свое распоряжение земли, которые они завоюют; кутаны и горные пастбища, находящиеся ныне в руках дагестанских эмиров — из числа тех земель, которые отдал их предкам шейх Абулмуслим.

Шейх Абулмуслим, таким образом, обосновался в Дагестане. Зимой он жил при этом в Тарках, а летом — в Казикумухе, откуда наблюдал за положением дел у неофитов и их эмиров. Время от времени, однако, Абулмуслим объезжал дагестанские города и селения, и обучал их жителей религиозным и житейским вопросам, которые оставались еще скрытыми для них, как мусульман.

Так Абулмуслим провел много лет, не уделяя, при этом никакого внимания областям, которыми управлял тогда враг Аллаха — неверный Суракат, сидевший в селении Тануси вилаята Аваристан.

Суракат же боялся названного шейха и внимательно следил за его действиями. Он как будто чувствовал, что со временем его в покое не оставят.

После того как лучи ислама распространились на большей части Дагестана, и сердца ее жителей заблистали под влиянием сияния, исходящего от этой религии, шейху Абулмуслиму стало ясно:

Последователи ислама из числа дагестанцев уже ни за что не отклонятся от шариата, — даже если их бросят в огонь, будут пилить пилами или рубить саблями. Вот тогда-то названный шейх вместе со своими победоносными войсками и выступил на врага Аллаха Сураката. Последний же, услышав о выступлении Абулмуслима, изготовился к бою.

Суракат разослал послания ко всем, кто был под его властью, даже к жителям селения Мосокиб (Мосокиб — западная часть Тушетии, населенная в прошлом цовцами, говорившими на обособленном диалекте чеченского языка и придерживавшимися христианства. Ныне эти цовцы (по-аварски мосок) переселились в Кахетию), расположенного в Тушетии (Туш, Тушетия — часть республики Грузия, расположенная в бассейнах рек Пирикита-Алазани и Тушетской Алазани. Обитателями Тушетии являются издавна носители диалектов грузинского и чеченского языков. На протяжении веков Тушетия платила дань Аварским ханам). Около него собрались многочисленные отряды. И тут со стороны. Гоцатля к местности Тобтида (Тубтида), расположенной на землях хунзахцев, подошел Абулмуслим со своим войском; это — местность, где ныне стоит русская крепость. Там мусульмане и остановились.

Суракат и его воины двинулись против мусульман. Сойдясь, эти две группировки — неверные и мусульмане — вступили в сильнейшее сражение. Когда же наступила ночь, шейх Абулмуслим и его войско повернули назад, так как там, в Тобтида, было убито тогда большое количество мусульман.

Через небольшой промежуток времени победоносный и удачливый Абулмуслим выступил против Аваристана с воинами в два раза более многочисленными, чем те, что были у него ранее. Услышав об этом, Суракат вместе со своими домочадцами бежал. Он, однако, успел назначить повелителем царства одного из своих приверженцев, поручив ему по мере сил сражаться с шейхом Абулмуслимом.

Абулмуслим и его воины вторично, таким образом, пришли в область хунзахцев. В сам же Хунзах Абулмуслим вступил тогда при помощи некоторых мужей из квартала Самилал с их согласия; из-за этого-то жителей названного квартала и именуют ныне Хамилал, [что означает в переводе с аварского «Ослы»], хотя правильнее было бы именовать их львами.

Абулмуслим именно таким образом захватил город хунзахцев и остальные селения Хунзахского (Авар) вилаята. Что же касается того мужа, которого Суракат, убегая, поставил на свое место в качестве повелителя, то он убежал вслед за ним.

После того как шейх Абулмуслим поставил в каждое селение по мулле, обучил хунзахцев догматам исламской веры и шариату, и назначил над ними наиба для проведения шариата в жизнь, обитатели Хунзахского вилаята, похоже, стали, наконец, богопослушными мусульманами. Лишь тогда шейх решил возвратиться назад, в Казикумух. При этом, однако, он сказал своему наибу: «Смотри, не доверяй хунзахцам (авар). Я подозреваю, что их вера в Аллаха не безусловная, не полная, а напротив—перемешанная с сомнениями и лицемерием. Будь бдительным!»

Хунзахцы и, правда, вскоре раскаялись в том, что, приняв ислам, отказались от религии своих предков. Придерживаться шариата и в том числе не пить брагу, к чему они уже давно привыкли, оставить другие запретные дела, противоречащие исламу, оказалось для них делом слишком трудным. Поэтому они тайком послали верных людей к своему старому повелителю—Суракату, прося, чтобы тот прибыл к ним. Через них хунзахцы говорили ему:

«Мы раскаялись в том, что оставили религию наших отцов, приняли ислам и подчинились Абулмуслиму. Ты со своим войском подходи, а мы убьем наиба, которого поставил над нами Абулмуслим для проведения шариата, и будем подчиняться тебе. Мы предпочитаем служить тебе».

Посланцы хунзахцев посетили Сураката несколько раз и, наконец, тот направил к ним своего сына вместе с проверенными храбрецами. Сам же он так и не пошел из боязни, что в речах  хунзахцев кроются коварство и обман, цель которых — убить его.

Когда сын Сураката и его товарищи прибыли в Хунзах, хунзахцы выказали восторг. Они действительно убили тогда наиба, поставленного Абулмуслимом и его товарищей, отклонились от почитания Аллаха и занялись удовлетворением запретных страстей, унаследованных ими от предков.

Когда шейх Абулмуслим услышал эту горькую весть, выступил против Хунзаха с огромным количеством воинов. Подойдя к, названному городу, Абулмуслим отправил посланцев, чтобы те хорошенько попугали хунзахцев, сказав им от его имени: «Повинуйтесь мне! Во всем следуйте за мной! В противном же случае мы перебьем вас всех до последнего человека и сожжем вашу обитель». Жители Хунзаха так ответили тогда посланцам Абулмуслима: «Мы согласны повиноваться Абулмуслиму и выполнять его приказы, если только он назначит над нами правителем сына Сураката — нашего старого эмира. Если же нет, мы не станем повиноваться вашему шейху, а если вы затем нападете на нас, то будем сражаться с вами, и ни один из вас не войдет в Хунзах, пока мы будем живы». Абулмуслим дал на это следующий ответ: «Мы назначим над вами правителем сына Сураката, если, однако, он примет ислам, причем по-настоящему».

Затем шейх и его воины вступили в Хунзах. Вот тут-то к нему и был подведен сын Сураката.

Абулмуслим потребовал от него принять ислам. Тот согласился и тогда шейх обучил его формуле единобожия — шахаде. Сын Сураката произнес ее, после чего шейх обучил его всему тому, чему следует обучать мусульманина. Лишь затем он сделал его повелителем-эмиром и одновременно своим наибом в вилаяте хунзахцев; кроме того Абулмуслим обучил и жителей хунзахских селений тому, чему следует обучать мусульман — догматам веры, исламскому образу жизни и т. п. Тогда же одного из своих ученых товарищей Абулмуслим поставил кадием над хунзахцами; говорят, что нынешние хунзахские кадии — Нурмухаммад и прочие происходят из рода этого ученого.

Абулмуслим после введения шариатских законов в областях Аваристана и в других местах двинулся дальше. Наконец он достиг Тушетии, но тут заболел и тогда сказал своим товарищам:

«Мы возвращаемся в Хунзах! Вполне возможно, что я буду, погребен именно там».

Они пошли назад и, наконец, достигли окраины Хунзаха. Абулмуслим слез тут со своего арабского мула и сказал: «Отпустите его, пусть этот мул идет. Там же, где он остановится, — похороните меня, ибо я умру в этот четверг, а похоронен буду в пятницу».

Болезнь Абулмуслима усилилась, и он действительно умер в тот четверг. Похоронили его в пятницу, причем, как он сам приказал, в том месте, где остановился его мул — в центре квартала Самилал, жители которого помогли ему в прошлом; они, как уже было сказано, ввели Абулмуслима в Хунзах, когда он приходил туда в первый раз.

Над могилой Абулмуслима возвышается ныне красивый мавзолей, внутри которого лежат куски войлока и дорогие ковры; рядом с могилой стоит флаг. Там же хранятся меч Абулмуслима и его одеяние, на котором написаны аяты Корана и арабские стихи. Имеется и дата — 111/729—30 год по хиджре.